«Батюшка пренебрег последнюю волю матери — отказался ее похоронить…»


Священник УПЦ Московского патриархата уперся из-за того, что перед ним его прихожанку почтили сыновья покойной, которых считает «сектантами». Позже сказал, что похоронил женщину «заочно».

«Батюшка зневажив останню волю матері — відмовився її поховати...»

Настоятель храма Воздвижения Честного Креста в селе Козлиничах на Волыни в. Николай Мавдрик наотрез отказался проводить в последний путь умершую Анну Слободюк, которая была добросовестной прихожанкой этой церкви. Родные получили большую моральную травму, считают себя глубоко униженными. Шокированные односельчане тоже говорят, что их пастырь (в Козлиничах его зовут “батюшкой”) поступил не по-христиански, и собирают подписи под жалобой на него.

«Батюшка зневажив останню волю матері — відмовився її поховати...»

От семнадцати лет и до пенсии Анна Васильевна работала дояркой в колхозе “Завет Ильича”. Могла бы, как остальные братьев-сестер, пойти учиться дальше, потому что в школе была одной из лучших учениц, но ее, как самую младшую, родные оставили дома. Еле доработала на ферме — от постоянной ходьбы в резиновых сапогах повикручувало ноги…

Через постоянную занятость на ферме не так часто, как хотелось бы, ходила в церковь, потому что и в воскресенье предстояло доить коров. Да и шестерым детям надо было дать совет. А на пенсии уже не было здоровья регулярно наведываться к храму — дорога к нему неблизкая, два километра будет. Если попадалась чья-то машина, тогда с радостью пользовался этой возможностью.

В ее дом приходили колядовщики. Не раз был здесь и отец Николай, который после Иорданских праздников освящал жилище. Хозяйка давала пожертвования на храм. Если не имела при себе денег, просила людей от ее имени сделать вклад, а потом с пенсии возвращала заем.

Последний раз свою старенькую деревянную церквушку Анна Слободюк посетила на Ведущую воскресенье, 8 мая. Того же дня собралась с силами и приковыляла на кладбище, где священник должен окропить могилы, вместе с другими помянули умершую родню.

Анна Васильевна была прихожанкой православного храма (единственная церковь в Козлиничах подчинена УПЦ Московского патриархата). А трое ее взрослых сыновей — Василий, Владимир и Юрий — выбрали себе другую духовную стезю. Молились вместе с прихожанами Всеукраинского союза церквей евангельских христиан-баптистов. Конфликтов из-за этого с матерью у них не возникало. Радовалась, что ее сыновья — трудолюбивые, не курят, не употребляют спиртного, имеют уважение у людей (Владимира избрали в селе депутатом). Как-то зашла речь, чтобы и она присоединилась к общине христиан-баптистов, но мать отказалась. Сказала: “Переходить на другую веру не буду. Я крестилась, принимала брак в православной церкви, так и умру православной…”.

Вечером 10 мая пенсионерка послышалась плохо — отчаянно в груди. Следующего утра приготовила завтрак, обошла кур, замочила белье для стирки. Ослабленная прилегла. А когда пришли родные в дом, мамы уже не добудившись…

Соседка Слободюків, Анна Ткачук, позвонила отцу Николаю Мавдрику, и тот согласился на следующий день похоронить прихожанку. Правда, парастас перед похоронами не отправлял, потому что в тот вечер священника в Козлиничах не было, говорят, имел дела в Ковеле…

— За неблизкую дорогу мы с мужем приехали к покойной мамы около часу ночи, — рассказывает львовянка Нина Степована, дочь Анны Слободюк. — В доме две женщины из нашей церкви по очереди читали псалтырь. Отдать последнюю дань уважения нашей маме и поддержать моих братьев в трудную минуту пришли их соратники по вере. На следующий день мой брат собрался поехать машиной по отца Николая. Вдруг прибегает соседка, говорит, что звонил священник, ссорился с ней, “потому что не сообщила ему, что у покойной пели баптисты-сектанты”. Сказал, что хоронить нашу маму отказывается. “Или пусть те баптисты забираются — поочередности не будет!”. Мой брат, подавленный только что услышанным, спрашивает: “Как так? Почему родные сыновья должны убираться от родной матери?!”.

Нина Георгиевна поехала к священнику-відказника. Умоляла выполнить последнюю волю своей матери — чтобы похоронил ее. И отец был настроен категорически: “Вы оприділіться, чего хотите! Потому что у вас там поют-читают баптисты-сектанты. За это меня выгонят с работы!”.

— Мой муж, — вспоминает Нина, — в ответ на это сказал: “Отче, мы определились. Никто вам мешать не будет. Что предстоит править, то от начала до конца будете делать”. А священник: “Нет!”. Мой муж: “Отче, будете иметь грех…”. А он: “Нет! И не просите — я вам не председатель колхоза, председатель сельсовета!”.

По словам дочери покойной Нины Георгиевны, после резкого отказа похоронить свою прихожанку священник переключился на нее: “А вы когда последний раз в церковь ходили? Когда исповедовались?”.

— Исповедовалась перед Пасхой, — ответила женщина. — В вашем же храме, отче, пасху освящала, потому что больная мама не могла прийти…

— А в какую церковь ходите?

— Я являюсь прихожанкой Украинской православной церкви Киевского патриархата…

— А-а-а-а! Киевского! — вскрикнул “батюшка”. — Нет, не буду прятать вашей мамы!

Если бы Слободюки-Степовані раньше знали про такую категоричность в. Николая Мавдрик, то заранее поехали бы до Ковеля, нашли бы другого, милосерднішого священника. А так… День выдался теплый, в деревянном доме, где лежала покойная, было душно. Время не ждал. Родственники сами окропили гроб святой водой, змовилы “Отче наш…”. Когда везли маму несмотря на ее родную церковь, остановились, помолились. Духовный наставник Анны Слободюк выполнить этот прямой свой долг не захотел.

— Отец Николай Мавдрик пренебрег последнюю волю моей матери, — утирая слезы говорит Нина Степована. — Меня возмутило его поведение. Как и я, мой сын Василий является православным, за жену взял себе греко-католичку, с Юлей поженились в церкви УГКЦ, крестили в ней ребенка. Но никто не упрекал никому “другой верой”…

В православной церкви Сиховского микрорайона Львова, за две сотни километров от своей малой родины, Нина Степована заказала заупокойную Мессу за умершей матерью. Тамошний священник освятил землю, которую посоветовал высыпать на могилу, тем самым на расстоянии “запечатав гроб”. Сделать это “очно”, непосредственно, так, как велит Божья наука, в его православного брата с Козлинич не хватило совести…

Комментарии для «ВЗ»

Протоиерей Николай МАВДРИК

Почему я отказался хоронить Анну Слободюк? Во-первых, это — церковные дела… Так, завещание Анны — чтобы православный священник ее похоронил, но сын ее Владимир — из другой веры. Это — секта. Приехали их братья, отслужившие свою службу. А это является противозаконным, потому что отпевание должен делать кто-то один. Или так — или так. Две церкви, две веры не может… Как вы себе представляете, что одна церковь с другой объединились и начали молиться. Это — не канонично. Надо придерживаться апостольских правил…

Я ничего плохого не сделал… Поскольку Анна была человеком православным, чтобы родным можно было молиться за его душеньку, чтобы она себе отдыхала с миром, в эту недельку, в церкви я заочно ее похоронил, воспел Анну. А в этом конфликте, что произошел, больше виноваты родственники, которые не предупредили меня заранее. Я приехал за полчаса до похорон. Только тогда увидел, понял, что делается…

Владимир СЛОБОДЮК, работник крестьянского союза, сын покойной

Жаль, что отец Николай не приехал и не посмотрел, что было, а чего не было. Никаких канонов мы не нарушали. Вместе с братьями и соседями пришли отдать последние почести нашей матери. Знали, что похоронит маму священник, ждали его. Пока он приедет, решили, чтобы не сидеть молча, почитать слово Божье. Никаких обрядов не было…

Я и мои братья принадлежим к Церкви евангельских христиан-баптистов. Мы не сектанты. Наша община официально зарегистрирована в органах украинской власти, наше высшее руководство входит в Всеукраинского совета церквей и религиозных организаций, вместе с представителями других конфессий присутствует на государственных мероприятиях. К такой же церкви, как мы, ходит бывший председатель Верховной Рады и экс-исполняющий обязанности президента Украины, а ныне — секретарь Совета национальной безопасности и обороны Александр Турчинов.

Отец Николай прекрасно знал о том, к какой вере мы принадлежим уже 14 лет. Он не раз приходил к нашей мамы, освящал ее дом. Не боялся, что “баптист” в доме…

Николай ЛИТВИНЧУК, председатель Козлиничівської сельского совета

Люди говорят, что наш батюшка виноват. И я считаю, что он поступил неправильно. Разговаривал с ним, он мотивировал тем, что исполнял церковный устав, и чтобы я в его дела, мол, не совал носа. Но за все, что происходит на территории сельского совета, я отвечаю — и за благоустройство, и за общественное спокойствие…

Андрей ЮРАШ, руководитель департамента по делам религий и национальностей Министерства культуры Украины

Посмотрим, как, по Евангелию, действовал Христос — он никогда не цеплялся за определенные формальные вещи, которые не давали возможности общаться с другими нациями, религиями. Известно много примеров, которые показывают, что для Христа не было разницы, кем является тот или иной человек…

Есть категория священнослужителей, которые подменяют ритуализмом, выполнением механических формул дух каждого вероучения. На самом деле, все религии, тем более, что речь идет о христианские направления, признающих одного Бога, служат одной духовной сущности, которая выше любых барьеры, которые строит ограниченная, лимитированная, регламентированная человеческое сознание.

Каждая религия по своему содержанию является чисто духовным, ментальным, иррациональным проявлением. В этой плоскости иррационального постижения законов бытия, осознания и приближения к истин вряд ли могут быть какие-то заборы, которые не позволяют общаться или выполнить требы. Мы в Украине являемся свидетелями двух подходов. С одной стороны — ритуалізму, канонопоклоніння, когда какая-то формальная вещь становится препятствием для духовного лица совершить ту или иную духовную услугу, предоставить духовное подкрепление в такой форме, которая не оскорбляла бы человека, не заставляла ее чувствовать свою убогость или несовершенство. Религия призвана человека возвышать, делать ее намного ближе к божеству. В этом отношении поступок священника, который отказывает любому лицу в исполнении духовных треб, однозначно является таким, что вызывает непонимание, а порой осуждение.