«Если бьет – значит, не любит»

Истории украинок, которые страдали от домашнего насилия.

«Якщо б’є – значить, не любить»

Верховная Рада Украины намерена ввести уголовную ответственность за домашнее насилие. Парламент уже принял за основу законопроект о внесении изменений в некоторые законы, направленные на борьбу с насилием в семье. Документ принят в связи с ратификацией Конвенции Совета Европы о предотвращении домашнего насилия, физической агрессии в отношении женщин и борьбы с этими явлениями. Авторы законодательной инициативы предлагают наказывать за домашнее насилие общественными работами от 150 до 240 часов, арестом до шести месяцев, ограничением или лишением свободы до пяти лет.

Каждая третья женщина, по неофициальным данным, страдает от домашнего насилия в Украине. Реальную статистику собрать невозможно, ведь женщины не хотят, часто банально боятся об этом говорить. Истории женщин, которые страдают от домашних тиранов, очень разные. Кто ежедневно терпит обиды и унижения и, сжав зубы, варит борщ и стирает ему носки, убеждая себя в том, что лучше так, чем никак. Кто-то пытается дать отпор деспоту, и в результате получает еще больше «на орехи». А кому-то хватает пощечину, чтобы собрать вещи и уйти. «ВЗ» собрал истории четырех женщин, которые некоторое время страдали от домашнего насилия.

«Каким же надо быть зверем, чтобы свою дочку так бить»

Соломия, 18 лет:

«Нашу семью все считают идеальной. Завидуют. На всех семейных фото, которые выкладываем в соцсети, мы счастливо улыбаемся и обіймаємось. При посторонних я должен относиться к отцу с уважением, называя его «папочкой». Но я его ненавижу. С детства я страдала от его тяжелой руки и непредсказуемо агрессивного характера. 15 лет он проработал следователем в МВД, очевидно, там и научился бить «профессионально». Синяков почти не оставалось, а вот от боли хотелось лезть на потолок. 10 лет я скрывала последствия домашних разборок, которые, к слову, начинались с бытовых мелочей – невимитого посуды или плохой оценки. “Впадал в нервы” и бил, пока не уставал. Результаты одного из моих школьных экзаменов ему показались слишком низкими. “Воспитательная беседа” завершилась в больнице скорой помощи. От первого удара я упала на пол, после чего бил уже лежащего. Не помогали ни мои крики, ни мамины мольбы. Ссадины и синяки по всему телу и мой неподвижный состояние не на шутку напугали беременную маму. Она, рискуя нарватись» на конфликт с отцом, отвела меня к врачу (чего раньше никогда не делала). В больнице скорой помощи мне поставили фиксатор на шее. На вопрос хирурга, от кого мне так досталось, я честно ответила, что от отца. Страха у меня уже не было. Мужчина в белом халате заметно побледнел: «Каким же надо быть зверем, чтобы свою дочку так бить». Я пообещала врачу, что пойду снимать побои. Но обещание свое так и не выполнила. Кроме меня, в семье есть еще несколько маленьких детей, я не хотела, чтобы они росли без папы. Сейчас я живу за сотни километров от домашнего тирана, с ним почти не общаюсь. Сложно забыть ту ярость в его глазах, мою кровь на полу и состояние беременной мамы, когда умоляла его не бить меня ногами».

«До сих пор не понимаю, как смогла ему простить первые побои»

Елена, 29 лет:

«После свадьбы не могла нарадоваться мужем. Считала его идеальным. Он помогал мне во всем. Мы за год супружеской жизни почти не ссорились. Мне завидовали все мои подруги, мама радовалась нашей идиллией. Но однажды я потрясла ее ночным звонком: «Я подаю на развод». Произошло это на новогодние праздники. Он вернулся с посиделок со своими товарищами ощутимо пьян. Я решила не делать ему замечания, не “пилить”, села возле компьютера и ждала, пока ляжет спать. Но у него были другие планы. После пьянки ему захотелось «большой и чистой любви». Он подошел ко мне и начал стягивать с меня свитер. Мне это не понравилось. Объяснила ему, что не хочу заниматься любовью с ним в таком состоянии. Мой отказ не на шутку разозлила мужа. Его как подменили. Он схватил провод от компьютерной мыши и начал бить меня. Кричал, что должен ему подчиняться. В ход пошли руки и ноги. Бил меня почти час. От ярости у него были красные глаза и холодный пот. Впервые видела его таким. Думала, до утра не доживу. Дождалась, пока он успокоится, собрала вещи и сбежала к маме. За несколько дней, поняв, что натворил, муж прибежал с цветами и извинениями. Тогда мне показалось, что и агрессия была первой и последней в нашей жизни. Я простила и вернулась. Я ошиблась. Он начал меня контролировать, мои звонки, смс и встречи. Стал ужасно ревновать. Мои платья теперь как паранджа, а волосы всегда собраны. После лишней рюмки водки распускал руки. Соседи уже устали вызывать полицию и слушать мои крики. Неделю назад я написала заявление и подала на развод. Слава Богу, детей у нас нет. До сих пор не понимаю, как я смогла простить ему первые побои».

«Сначала меня бил папа, потом муж…»

Людмила, 58 лет:

«Для меня тема домашнего насилия идет через всю жизнь. Еще в детстве мне часто доставалось от папы. Он любил выпить. Когда возвращался домой, терял контроль. Мама прятала меня с сестрой на чердаке и принимала удар на себя. Время добирался и до нас. Искала спасения в замужестве. Замуж вышла рано, в 17 лет. В 18 родила дочку Ксению. Но это не спасло наш брак. Мужчина время от времени были проблемы на работе, а злость срывал на мне или на малышей. У меня были и сломанные ребра, и нос… Уйти от него не имела возможности. Да и выносить сор из избы в то время было не принято. О таких вещах женщины обычно молчали, потому что признаваться, что тебя избивает муж, стыдно. Декретных денег не хватало, единственным кормильцем в семье был муж. Он часто упрекал, что кормит меня и мою семью. 7 лет я терпела его пьяные выходки. Когда нашла работу, отправила Ксюшу к бабушке и решилась его покинуть. И второй человек оказался почти таким же. Не знала, у кого просить помощи, тогдашняя милиция лишь разводила руками, мол, посадить его не можем. Мне кажется, что я подсознательно наталкиваюсь на мужчин, которые похожи на моего отца. После второго развода я зареклась выходить замуж в третий раз. Сейчас я счастливая мама и бабушка. Своей дочке говорю: если мужчина однажды позволил себе поднять руку на женщину, то от него надо бежать. Если бьет – значит, не любит».

Ходила как нищенка, потому что муж запрещал покупать новую одежду

Кроме физического насилия, украинки часто страдают и от экономического. Ирина всю жизнь работала на автобусном заводе, зарабатывала, к слову, не меньше мужа. Не бедствовали. Жили как все. Но женщина должна постоянно ходить в старом тряпье, потому что муж запрещал покупать новую одежду. Считал, что тратить деньги на “шмотки” — это расточительство. Если ей удавалось “выкроить” несколько гривен на белье или новую кофточку, то прятала обновки в шкаф. Человек рылся в вещах Ирины и если находил обновку, наказывал кулаками. Детям также покупал разве что крайне необходимо. Ходили как нищие. А об игрушках и мечтать не могли. Зато на еду денег не жалел. Любил вкусно поесть и угостить своих друзей. Перед Рождеством Ирина не выходила из кухни всю ночь, ведь чтобы накормить взрослых мужчин, имела налепить несколько сотен вареников и наготовить кучу блюд для праздничного стола. За неудачные шутки женщине тоже “прилетало”, чаще всего по голове. А с годами муж стал еще скупішим. На все денег жалел. Сейчас супругам уже за 60, они воспитали двух детей, но назвать их семейную жизнь счастливой у нее язык не повернулся бы. “Не жизнь прожила, а промучилась”, — говорит госпожа Ирина.