Как я во Львове на Москву работала

Журналист «ВЗ» неделю продавала еду… москвичам.

Як я у Львові на Москву працювала

Поднимаясь по старым ступенькам жилого дома в центре Львова (пять минут до площади Рынок), я не раз пожалела, что пошла на эту работу. Все началось с того, что я, как бедный студент, искала підзаробітку. На одном из сайтов объявлений увидела вакансию “Оператор в call-центр”. Обещали зарплату от 3 500 гривен в месяц и гибкий график работы. Среди обязанностей – проводить соцопросы. Звоню по указанному номеру. Девушка Наталья приглашает на собеседование.

Прихожу по указанному адресу. Вижу, что это компьютерный клуб. Захожу внутрь и говорю, что мне нужна Наталья. Зато администратор компьютерного клуба молча выдает мне анкету – “образование, возраст, желаемая заработная плата”. После того, как я заполнила анкету, появилась Наталья. Вместе мы вышли из помещения и направились в потрепанный жилой дом, за углом. Поднялись на последний этаж четырехэтажного дома. Девушка открыла “клетку” перед дверью квартиры и запустила меня внутрь, закрыв за мной дверь на ключ. Было немного жутко. На всякий случай разблокировала телефон и в любой момент была готова звонить подруге. Потому что в голову лезли глупые мысли…

В коридоре бывшей квартиры, переоборудованной под офис, десяток курток, причем только женских. Здесь же импровизированная кухня. “Офис” разделен на четыре комнаты – коридор с маленькой кухней и туалетом и три комнаты, где сидят операторы. Чтобы сюда попасть, нужно иметь специальный магнитный ключ. Его мне пообещали выдать после стажировки.

Но сейчас Наталья приглашает на собеседование. Говорит мне, что есть два графика работы, то есть две смены: с 8 до 14 или с 14 до 20. Выбираю вторую. Интересуюсь, что же надо делать. “Продавать по телефону замороженные продукты в Москве. В компьютере есть база номеров с адресами. Надо обзванивать как можно больше людей”, – пояснила Наталья. В тот же день начинаю работать.

Первые пять дней – стажировка, поэтому на первых порах мне доверили несложную работу – предлагать каталоги. Потом буду продавать продукты из этого каталога. В ассортименте фирмы – замороженные ягоды, рыба и даже готовые блюда. Цены выше, чем в большинстве магазинов.

Каждый оператор должен говорить за “скриптом” – сценарию. Набор стандартных фраз: “Здравствуйте, меня зовут Соломия, хочу предложить вам наш каталог…” За несоблюдение скрипта – штраф. Мне выдали папку со всей необходимой для работы информацией. Отдельная бумажка посвящен системе штрафов. Рублем наказывали за все пользование мобильным телефоном в офисе (10 грн.), обед не по графику (20 грн.), предоставление ложной информации клиенту (200 грн.). “Тут бы в минус не уйти”, – думаю про себя. Интересно, что называть свое местонахождение запрещено, на вопрос клиента, откуда звоню, отвечала, что из Московской области, “из деревни Лешково”.

За окнами помещения – исторический центр Львова. Но в офисе все говорят на русском без малейшего украинского акцента, свободно разбираются в названиях московских улиц и считают сумму заказа в российских рублях. Спрашиваю у начальства, почему офис именно во Львове, а не в России. “Здесь дешевая рабочая сила. В Москве за подобную работу пришлось бы платить вдвое больше”, – объясняют. Зарплата здесь действительно смехотворная, около 15 гривен за час. То есть 90 гривен за 6-часовой рабочий день. Если работать месяц без выходных, получается чуть меньше трех тысяч гривен. Но ведь люди работают!

После инструктажа приступаю к работе. Надеваю наушники, перед носом – монитор с базой данных потенциальных клиентов. Система сама выбирает мне номер. На втором конце провода слышу женский голос. Зачитываю скрипт. Коротко рассказываю о продукции и прошу уточнить домашний адрес, чтобы курьер положил каталог в почтовый ящик”. Название улицы, номер дома и квартиры человека есть в базе, но я должен услышать эту информацию из слов собеседника. Такие правила. Поэтому настойчиво прошу уточнить все данные. Во время инструктажа мне объясняли, что часто люди по объективным причинам отказывались называть даже улицу, а некоторые легко уточнял номер квартиры и этаж.

И в этот раз нарываюсь на откровенное хамство и угрозы. Меня обозвали телефонной террористкой и пообещали пожаловаться на меня в полицию. Женщина бросила трубку. Я чуть не расплакалась. “Такое бывает, не переживай”, – поддержали коллеги. Как потом оказалось, “такое бывает” в большинстве случаев. Редко когда люди вежливо отказываются и кладут трубку. Еще реже соглашаются, чтобы мы прислали им бесплатный каталог. Если клиент окажется агрессивным, то в компьютере есть специальная графа “агрессивный”, помечаю, и больше база его не “подвинет”. Среди отметок есть и пенсионеры. Им наша продукция не по карману. Таких сразу отсеивают.

По правилам, оператор должен “впарить” по меньшей мере четыре каталоги за час. В течение часа я делала в среднем 40-50 звонков. В первый день за шесть часов почти непрерывной работы удалось уговорить на шесть каталогов. Для стажера нормально. Но предупредили, что дальше результат должен быть втрое больше.

Чтобы как-то сбросить с себя негатив, операторы после того, как клиент обматюкає и бросит трубку, могут назвать его крепким словцом. По крайней мере, за это штрафовать не будут. После первого рабочего дня дома я не проронила ни слова, хотелось тишины и чистого покоя.

Набираюсь терпения и снова надеваю наушники и операторский микрофон. Как заведенная кукла повторяю заученные слова, в ответ слышу отказы и оскорбления. Максимум, что я могла сделать, это 13 каталогов за смену (это два каталоги за час). Обед здесь строго по графику – только после трех часов непрерывной работы. То есть если приходила на работу в 14.00, то могла перекусить лишь в 17.00. И то не больше 15 минут. В туалет, к счастью, можно выходить безлимитно. На четвертый день во время обеденного перерыва завязался разговор с коллегой, которая работает в этой “конторе” полтора года. “На второй рабочий день у меня была истерика, сказала мужу, что больше сюда не приду. Но они с сыном уговорили вернуться, – изливает мне душу женщина лет сорока. – По образованию я педагог, но за свою жизнь сменила много профессий. Поэтому со временем приспособилась и к этой работе. Например, я бы никогда не купила что-то по телефону, тем более продукты. Но москвичи привыкли к этому”.

Як я у Львові на Москву працювала

За отведенное на обед время успеваю съесть булочку, банан и сделать несколько глотков кефира. Возвращаюсь к рабочему месту неохотно. Живот просит полноценной трапезы, а голова покоя.

Мою работу контролировала супервайзер – девушка, которая руководит операторами. Звонки надо было делать нон-стоп. Времени передохнуть между разговорами не было. Чтобы как-то себя развлечь, начала рисовать портреты собеседников, судя по их голосу и манере говорить. Работа чем-то напоминала энергетический вампиризм. На меня “выливали” кучу негатива, зато отбирали позитив, энергию и силы.

После моего “каталожного” или, скорее, каторжной стажировки меня должны перевести на продажи. Там и работы больше, и зарплата выше. За каждый заказ оператор получает бонус к зарплате (10-15 гривен). Но продержалась я на такой работе только неделю. Не ожидая зарплату (для этого надо было проработать месяц), я в один прекрасный день распрощалась с “любимой” работой. Не надо мне ни их зарплаты, ни их “бонусов”. От такой работы можно заработать гастрит и нервный срыв.

Фото автора