«Я – алкоголик, но непьющий!»

Узалежнений муж почти двадцать лет отказывается от рюмки и помогает другим поверить в свои возможности

"Я – алкоголік, але непитущий!»

Ивану прошло 57, но считает, что родился 19 лет назад. Его жизнь разделилась на два периода – до и после окончательного отказа от алкоголя. Зеленый змей крепко держал мужчину в своем плену. И Иван не ведал, что к гибели остался шаг…

Иван начал дружить с бутылкой еще в девятом классе. Компанию ему составляли не какие-то хулиганы, а умные ребята – такие же отличники, как и он. Друзья не напивались до чертиков. Покупали за два рубля сладкий ликер, шли до парка, дискутировали, пели. Посиделки устраивали нечасто, закончили школу с хорошими аттестатами, поступили в высшие учебные заведения… Но много лет спустя все пятеро спились! Один парень из их компании вообще не любил веселящих душу напитков, отказывался от рюмки, но зеленый змей и его не пощадил: сделал алкоголиком в 45 лет.

Учась в политехническом институте, Иван вел активную жизнь, был старостой театра художественной самодеятельности. До женитьбы раз пятнадцать успел побывать дружбой на свадьбах. Парень всегда был душой компании. Только после “остограмлювання” мог раскованно петь и танцевать, развлекать окружения. Интересовался политикой. Вспоминает, когда нужно было выступить на митинге, чтобы речь стала убедительной и яркой, перехиляв рюмку-вторую. С однокурсниками часто прогуливали пары “на пиве”, но никогда не переходили грани.

Закончилось обучение, Иван устроился на хорошую должность главного инженера, женился, родились дети. В 27 лет, прозвучал первый звоночек. Всем рабочим коллективом отправились на колхозные работы. Один из местных попросил ребят помочь ему сложить сено. За это выставил самогон. Ивану “натурпродукт” понравился настолько, что потерял контроль. Начал высказывать крамольные мысли о коммунизм и советскую систему (а был тогда комсомольцем). Это немедленно дошло куда надо и мужа уволили с работы. Пришлось работать электриком. Именно тогда и начались настоящие проблемы. В коллективе выпивали ежедневно. В течение двух лет активно прикладывался с товарищами к рюмке, пока не почувствовал, что катится в пропасть.

Чтобы окончательно не упасть на дно, перевелся в другой цех, где работал в одиночестве. Но давняя дружба – не ржавеет. Муж время от времени встречался с бывшими коллегами и тогда “отрывались по полной”. У Ивана пропал рвотний рефлекс, а если после большого количества употребленного алкоголя напитки не “просятся обратно” – это сигнал о том, что они окончательно “сроднились” с организмом. Начались провалы в памяти: друзья волокли его домой едва живого, ставили под дверью… Впоследствии он узнал: алкоголизм отличается от бытового пьянства тем, что во время пиршества у человека включается так называемый “подсос”: заложник зеленого змея не чувствует меры, не может остановиться и пьет, пока не упадет.

Иван и его друзья чувствовали, что попали в ловушку, пытались проконтролировать количество “горючего”. Решили перейти на коньяк: мол, напиток дорогой, много себе не позволят. Но после него пили водку, и все возвращалось “на круги своя”. Пробовали обмануть зеленого змия с помощью сухого вина, заканчивалось тем, что выпивали по пять бутылок на душу… Вспоминая те времена, мужчина говорит, что готов поставить памятник своей жене, тестю и теще (молодая семья жила вместе с родителями). Они – верующие, никогда не устраивали скандалов, искали выхода из ситуации. Иван считает, что именно благодаря настойчивости и терпению родных смог вырваться из лап зависимости.

Пока муж работал на старой работе, куда обязан был появляться каждое утро, ситуация оставалась более-менее стабильной. Более того, устроился на должность главного инженера, даже стал депутатом областного совета. Родные надеялись, что благоприятные обстоятельства пойдут Ивану на пользу. Получилось наоборот. Он назначил себе высокую зарплату, зато на работу мог теперь ходить, когда вздумается. Утро начиналось с 50 грамм водки, во время обеда и ужина “принимал на душу” еще больше. Суточная норма составляла 300 граммов. Когда ее превышал – три-четыре дня лежал дома, уставившись глазами в потолок. После этого наступали перерывы. Не употреблял спиртного больше месяца. Затем входил в очередной запой, который длился две недели.

Осознавал, что не может дать этому рады, пробовал лечиться с помощью музыки и групповой терапии. С ним работали психологи, которые говорили: “Ты не умеешь пить!”. Алкоголику нельзя прямо говорить о болезни, ведь для него это – больная тема. Мужчина задумался: если не умеет – значит, надо научиться! Ему посоветовали группу психологической взаимопомощи “АА” (анонимных алкоголиков). Его там приняли предвзято, поскольку выглядел слишком чистеньким, непьющим. На следующий день после занятия, на удивление, ему не хотелось выпить, не мог дождаться следующего заседания клуба. И вскоре наступил очередной “срыв”: Иван три дня ничего не ел, только пил. Пришел на занятие с зеленым лицом, и все поняли: свой! Так муж признал себя алкоголиком. Осознал, что пьет не через семейные проблемы и прочие неурядицы, а потому, что болен. Алкоголизм – такая же опасная болезнь, как рак или туберкулез. Ее невозможно вылечить с помощью медикаментов или силы воли.

Уже 19 лет Иван не берет в рот ни капли спиртного. Осознает, что главное – ни разу не поднять рюмки, ведь даже несколько граммов приведут к очередному срыву и придется начинать все сначала. “У меня – неизлечимая болезнь. Я остаюсь алкоголиком, но не пью. Главная задача – добиться длительной ремиссии и не возвращаться к бывшему ада!” – говорит.

Иван занимается баскетболом, шахматами, альпинизмом, спелеологией, горными лыжами. Вместе с женой ходят на бальные танцы. Когда вспоминает про свою “половинку”, его глаза светятся любовью. Около пятнадцати лет женщина посещала группу для родственников алкоголиков, а их четверо потомков – для детей зависимых.